Лектор общероссийской организации «Общее дело» Олег Моисеев рассказывает о профилактике наркотической зависимости и на примере своих знакомых показывает, что с людьми делают наркотики и иные виды зависимости.

– Мы с Вами в двух программах говорили об очень важном проекте, который называется «Общее дело» и направлен на профилактику алкоголизма, табакокурения и наркомании. Вы очень подробно рассказали о том, как общаетесь со школьниками в разных учебных учреждениях города Москвы, как работают Ваши коллеги, как создаются фильмы, методические материалы и так далее. По сути данный проект является общественным движением, которое объединяет сотни людей. Как Вы к этому пришли, почему стали заниматься такой сложной темой?

– К сожалению, я пришел к этому через личные потери. Более того, образование психолога и дополнительное образование в наркологической превентологии и аддиктологии я получал именно для того, чтобы заниматься этим. Я потерял очень много друзей, знакомых, родственников. Если позволите, могу показать фотографии, которые специально сделал для того, чтобы показывать их в школах, рассказывать детям не какие-то абстракции, показывая жуткие картинки из интернета, а реальные истории. Я нигде не написал об этих людях «умер», потому что люди не должны умирать в таком возрасте, – они все погибли. Кто-то из них был убит, кто-то погиб от интоксикации.

Вот, например, Вова. Это одноклассник моего брата. В тридцать семь лет он умер от передозировки наркотиков, а до этого девять лет сидел в тюрьме за те же самые наркотики. Вот брат моей супруги Андрей, он погиб в двадцать пять лет, упав под поезд в состоянии алкогольного опьянения. Вот мой брат, ему в тридцать пять лет в пьяной драке ударом ноги разорвали селезенку. Он две недели не обращался в больницу, потому что продолжал пить и это вроде заглушало боль, а когда попал на стол хирурга, было уже поздно. Вот мой одноклассник, очень хороший парень, Владик. Это время Советского Союза, у него была состоятельная семья. В шестнадцать лет он попробовал наркотики, а в семнадцать ввиду прекращения доступа к ним и жесточайшей ломки наложил на себя руки. Мой друг, крестник, в тридцать четыре года заработал себе онкологическое заболевание на фоне употребления ряда наркотиков. Последние два года своей жизни он очень сильно мучился: операции и химиотерапия не помогали. Врачи однозначно констатировали, что это последствия употребления наркотиков. Моя одноклассница, которая была убита своим мужем в восемнадцать лет, – двадцать ножевых ранений. Одноклассник моего брата. Он не пробовал нелегальные наркотики, но в тридцать восемь лет от употребления алкоголя получил цирроз печени и тоже умер.

Самое главное, что сейчас ситуация нисколько не изменилась, к сожалению. Одноклассник моего сына не так давно был убит своими приятелями-наркоманами. Когда я разговаривал с директором школы на эту тему, она сказала, что не считает, что наркотики имеют к этому отношение. Потом я узнал об обстоятельствах: его ударили алкогольной бутылкой по голове, избили, и люди, которые его избивали, были наркоманами. Это такие же подростки, из той же самой компании, просто теперь один из них отправился на кладбище, а остальные – в тюрьму. Вот такие у нас потери. Они происходили раньше, происходят сейчас и, если ничего не предпринимать, будут происходить. Вот это мой самый главный личный мотив.

– Как реагируют школьники на подобные рассказы? Что в них меняется?

– Меняется в первую очередь отношение. Говоря об общей лекционной работе, мы, конечно, стараемся добиться наибольшего эффекта, чтобы донести важную и полезную для них информацию. Но, безусловно, это работает не всегда, особенно в больших и сложных аудиториях, например, в подмосковных, региональных школах. Когда рассказываешь и даже показываешь фильмы с хорошей фактурой, хорошим видеорядом, они могут какое-то время преспокойно смотреть свои гаджеты. Но другое дело, если им рассказываешь свои личные истории, не те, которые кто-то придумал, а которые ты сам пережил. Я обычно завершаю это таким образом: «Если вы не сделаете правильных выводов, если вы для себя ничего не поймете, тогда у каждого из вас будут такие фотографии и каждый из вас пройдет через эти потери». А мне бы хотелось, чтобы они этого избежали.

– Мы подробно говорили о том, как разговаривать с подростками о вреде табакокурения и алкоголя, но не успели поговорить о еще более страшной беде –наркотиках. Как об этом говорить? Ведь в отличие от алкоголя и табакокурения это уголовно наказуемое деяние. Тем более если человек так или иначе к этому пристрастился, он не готов, не хочет говорить об этом. Даже если дети знают одноклассников, которые употребляют наркотики, они не будут об этом говорить. Как беседовать на эти темы в школах и с нашими собственными детьми?

– Ситуация у нас сейчас такова, что (как я уже говорил) с 1991 года система профилактики неуклонно рушилась год за годом. На сегодня, по данным разных специалистов, в стране от семи до десяти миллионов наркоманов. То есть семь миллионов – это, очевидно, средняя оценка, а десять – данные Виктора Иванова, бывшего главы Роснаркоконтроля, который, выступая в Государственной Думе, сказал о том, что у нас в стране десять миллионов наркоманов, каждый из которых употребляет одну дозу в день. Он не говорил о том, как нам спасать наших детей, а говорил, что, раз десять миллионов наркоманов употребляют хотя бы одну дозу в день, значит, огромные деньги проходят мимо бюджета. Вот таким был основной посыл.

Сегодня структуры МВД активно пробивают возвращение уголовной ответственности за употребление наркотиков. Административная ответственность – это уже дело ближайшего будущего, уголовная – в какой-то перспективе. С одной стороны, я за любые меры, которые позволят нам остановить распространение наркомафии и распространение наркомании среди наших людей. А с другой стороны, нельзя не понимать, что, ввиду уничтожения системы профилактики и отсутствия полноценной работы с детьми, мы получили огромное число наркоманов, и превратить их теперь просто в уголовников будет неправильным, потому что им не будет дано никакой возможности выбора.

Что мы можем сделать, введя уголовную ответственность за употребление наркотиков? Сократим число наркоманов? Очевидно, сократим. Недавно Минздрав объявил следующую концепцию: не продавать табак людям начиная с 2015 года рождения на протяжении всей жизни. Для меня это не совсем ясно, если честно. То есть если придет человек 2014 года рождения, ему продавать можно, а если 2015-го, то нельзя. Это популистская концепция, и таких, к сожалению, много.

Нелегальные наркотики – это действительно короткий путь в никуда. Сегодня очень много токсических веществ, которые не имеют к наркомании никакого отношения, но тоже стихийно распространяются. Вы, наверное, не слышали такого термина, как «туалетная наркомания», «туалетная токсикомания»? Это когда люди употребляют бытовые препараты, которые, казалось бы, к употреблению вовнутрь не имеют никакого отношения. Есть целый ряд таких препаратов.

Наверное, начинать надо все-таки не с этой стороны. Почему мы начинаем работать с табака и с алкоголя? Потому что обычно приобщение к психоактивным веществам – тоже не совсем верное название, лучше сказать «к отуманивающим веществам», потому что они не имеют отношения к активности психики, а иногда и наоборот, – происходит постепенно. Как рассказывал недавно Геннадий Онищенко, начинается это с «детского шампанского», с жвачек-сигарет, с каких-то конфет. Постепенно формируется психологическая зависимость, потом физиологическая, но происходит все именно таким образом.

Был очень интересный эксперимент у голландских и отечественных социологов. Они выявили огромные группы наркоманов, протестировали их и выяснили, что ни один из них не начал употреблять тяжелые наркотики, не попробовав прежде сигареты и алкоголь. Начинали все с табака, сигаретки, затем каких-то легких напитков, потом более тяжелых. Есть теория эскалации, то есть постоянного увеличения доз и воздействия наркотиков на организм.

– Когда Вы общаетесь со школьниками, может быть, не всегда задается, но всегда подразумевается такой вопрос. Если ребенок находится в компании, в которой пьют либо, не дай Бог, употребляют наркотики, и он отказывается это делать, то это выбрасывает его из коллектива, он становится «белой вороной». Какие советы Вы даете, если такие вопросы задаются, и что нужно делать, в том числе родителям, чтобы объяснять, что не нужно следовать за всеми примерами?

– К сожалению, негативных примеров у нас сегодня «широко и богато поле». И наши средства массовой информации изобилуют подобными примерами. Есть они и на улице, в каких-то группах подросток тоже может встретить людей, в том числе значимых для него, которые находятся в состоянии той или иной аддикции, зависимости, табачной, алкогольной. Здесь разговор с родителями может принести свои плоды, а может и не принести. К сожалению, родители не могут повлиять на жизнь подростков настолько полно, насколько хотелось бы специалистам в данной области. У нас очень много неполных семей, очень много семей, в которых родители не занимаются своими детьми. Я уже не говорю о социальных сиротах и о детях, родители которых лишены прав. Кстати, это еще один фактор поражения нашего общества алкоголем.

Безусловно, в первую очередь разговаривать нужно с подростками, то есть с теми, кто принимает непосредственное участие в этом взаимодействии. Желание быть «как все» в данном случае действительно погибельно, и объяснить это – наша первоочередная задача. Очень часто в моем детстве говорили: «“Все пошли”? А если все в колодец пойдут прыгать, и ты пойдешь?» Вроде примитивные житейские примеры, но вместе с тем они по сей день работают. Желание не выделяться может довести человека до беды, а мы прекрасно знаем, что алкоголь и уголовная ответственность, уже не говорю про наркотики, тесно связаны. Как писал Расул Гамзатов в одном из своих произведений – «Песня винной бутылки»:

Я вам не раз в похмельный час

Огонь вливала в глотку

И отправляла многих вас

За трезвую решетку.

Желание быть «как все» очень часто именно туда и приводит: и на кладбище, и в тюрьму, и к каким-то серьезным заболеваниям. Это все надо объяснять, с детьми надо быть просто честным, просто давать им понять, что ты не врешь. Я считаю, это очень важно.

– Ваши методики, ваши фильмы построены по принципу разоблачения обмана. Это касается табакокурения, алкоголя, наркотической зависимости. Если нет возможности, например, показывать своим детям эти фильмы, то как вкратце объяснить, в чем заключается этот обман в теме алкоголя, табакокурения и наркомании?

– Если сформулировать коротко, обман во всем! На сегодня мы располагаем возможностями распространять свою информацию по совершенно разным каналам. Это не только интернет. Приглашение вашего канала для нас тоже очень важно, потому что таких каналов, которые дают нужную, полезную людям информацию, немного. В наших фильмах часто говорится о том, что людям показываются противоположные примеры, не то, что нужно для оздоровления и укрепления нашего общества, а, наоборот, то, что нужно для его разрушения. Сейчас мы выпускаем книги, и недавно у нас вышла книга «История одного обмана», куда вошло гораздо больше информации. В получасовой фильм невозможно вместить всю информацию, которая накопилась у нас на эту тему. Мы выпускаем книжные закладки для детей, брошюры информационного характера, буклеты. Сейчас у нас готовятся к выпуску плакаты по заказу МВД. Нам предлагают делать мотивационные плакаты, и мы их делаем для вузов и ссузов страны. Они более серьезной тематики, как раз антинаркотические. Мы распространяем информацию всеми возможными способами.

В чем обман, если говорить вкратце? Все эти компании можно назвать наркодилерами. Если человек торгует легальными наркотиками, от нелегальных наркодилеров, на мой взгляд, он отличается только одним: у него есть справка, с которой его не трогают. Ничем другим он не отличается. Покопавшись в истории вопроса и в различных научных дисциплинах, я пришел к выводу, что это сплошной обман во всем: и в исторических фактах, и в переписывании истории, и в навязывании каких-то исторических мифов, выдаваемых за реальность, – все это работает, преподносимое как какая-то искаженная реальность.

Прежде всего страдают опять же дети, потому что взрослые уже не очень интересуют подобных производителей: это уже прошедший этап, они свои зависимости получили и будут в них находиться, к сожалению, чаще всего до самой смерти. Дети – это тот контингент, за который идет борьба. Есть замечательная книга Павла Сидорова «Наркологическая превентология», это один из моих любимых трудов и один из любимых специалистов. К сожалению, это очень редкая книга. На ее обложке изображен мальчик, который поделен цветом на две части: одна часть черная, другая белая. И вот с одной стороны его за руку тащит черный дьявол, а с другой стороны – белый ангел. Вот за это идет борьба и сегодня – за детские души, за детское будущее и, в конечном итоге, за будущее всей нашей страны.

– Если говорить о зависимостях, то в наш современный век нельзя пройти мимо зависимости от интернета, телевидения. Разговариваете ли Вы с детьми на эти темы и находите ли понимание?

– Есть такие термины, как гемблинг, лудомания, относящиеся к игровым зависимостям, зависимостям от компьютера. В последнее время стали известны деструктивные группы, которыми очень обеспокоены на разных уровнях: это и педагогический состав, и Министерство образования, и Министерство внутренних дел. Все пытаются предпринимать какие-то шаги, чтобы сократить влияние подобных групп на наших детей.

К сожалению, все это имеет одну структуру, один характер. Зависимости, химические и нехимические, способны повлиять на человека, когда «почва» уже готова. В психологии влияния есть профессор Роберт Чалдини, один из его постулатов называется «шаг на порог»: когда вы открыли свою дверь, кто-то поставил на порог ногу, и вы не можете ее закрыть. Здесь примерно то же самое. Все химические зависимости носят характер подготовительный. Почему я и говорю о том, что опасность употребления табака и алкоголя заключается в том, что человек может в любой момент перейти на более тяжелые наркотики. Так и здесь: внушаемый, легко управляемый человек в результате может совершить какие-то необдуманные поступки, в том числе со своим здоровьем.

Если честно, я не думаю, что за этим стоят какие-то интернет-хулиганы. Я считаю, что за этим стоят довольно серьезные деструктивные группы – религиозного ли характера, экстремистского или какого-то другого. Наверное, дело правоохранительных органов – выяснить это в первую очередь. Родителям надо очень серьезно относиться к этому и контролировать своих детей, в том числе их интернет-жизнь, жизнь в социальных сетях. Тут, наверное, не стоит стесняться и вести какие-то разговоры о личном пространстве. Безопасность здесь превыше всего.

– Давайте напомним зрителям, которые, может быть, не все смотрели нашу первую беседу, в чем заключается работа проекта «Общее дело», какие созданы фильмы и методические материалы и, главное, где их можно посмотреть, скачать и как распространять.

– Все находится на нашем сайте общее-дело.рф. Там есть все материалы о нашей работе, как она происходит и когда, вплоть до названий и номеров учебных заведений. Там же находится вся разрешительная документация от всех ведомств, которые давали нам рецензии.

– Вы говорите о том, что дети очень часто задают Вам вопросы и даже после встреч пишут Вам в социальных сетях. Бывали ли случаи, когда не родители заботились о детях, а дети задавали вопросы о том, как позаботиться о своих родителях, которые подвержены той или иной зависимости?

– Да. Так было в четвертом классе начальной школы № 1811. У нас было достаточно времени, чтобы пообщаться, и я предложил ребятам написать коротенькие сочинения, что входит в одну из наших методических программ. Так к ним и обратился: «Ребята, я вам рассказал, какая у нас ложная, тяжелая ситуация. Что будем делать?» Они написали такие потрясающие сочинения! Может быть, пять из двадцати были детскими, но пятнадцать – это пламенные призывы, предложения, душевные крики. Очень часто, особенно в начальной школе, дети охотно делятся информацией, рассказывают много страшных историй о своих родственниках, которые пострадали. «Мой папа курил, у него сейчас операция». «Мой дедушка умер от курения. Мама теперь курит, я за нее боюсь».

Я постоянно говорю им о том, что дети тоже могут повлиять на поведение взрослых. Не только взрослые могут воспитывать собственных детей, но и наоборот. Не все педагоги, кстати, это понимают и не все готовы принять, были и возмущенные возгласы педагогов. Одна учительница в начальной школе сказала: «Вы знаете, можете говорить что хотите, но яйца курицу не учат». В такой ситуации я говорю: «Ребята, я предложу небольшой вопрос, чтобы ваш педагог услышал. Например, стоите вы на обочине проезжей части и видите взрослого человека, который по тем или иным причинам с закрытыми глазами направляется к дороге. А по дороге мчатся машины. Скажите, пожалуйста, вы его предупредите о том, что там опасно, или возраст вам не позволит рот открыть?» И весь класс хором: «Предупредим!» Педагог после этого села, замолчала и больше ничего не говорила до конца лекции. Я искренне считаю, что дети могут и должны влиять на поведение своих родителей. Возможно, не всегда это получится аргументированно, но для этого мы предлагаем посмотреть фильмы и мультфильмы вместе с родителями. Всегда оставляем им такую возможность, рассказываем, где это можно увидеть, предлагаем посмотреть вместе, а потом вместе обсудить. Это очень хорошо работает.

Ведущий Александр Гатилин

Записала Екатерина Самсонова

Источник: http://tv-soyuz.ru/peredachi/plod-very-24-06-2017

Написать ответ